Маски сброшены, но не до конца. Как бизнес приходит в себя по мере снятия ограничений

Мерами поддержки смогли пользоваться немногие, кто-то обязан закрыться либо переформатироваться, покупательная способность свалилась. И на фоне этого возникают новейшие барьеры для бизнеса, никак с коронавирусом не связанные.

Фото: Миша Огнев

Картина выходит нерадужная. Пока власти равномерно снимают ограничения и открывают компании, бизнес глядит на последствия и задумывается, что созодать далее. «Фонтанка» обсудила с профессионалами на круглом столе, как поменяется картина мира в наиблежайшее время.

Малая и средняя неопределенность

Естественно, малый и средний бизнес очень пострадал — приблизительно 70 % компаний понесли утраты. Кто-то на сто процентов приостановил деятельность, остальным пришлось перейти на онлайн-продажи и торговлю навынос, поведал Александр Абросимов, уполномоченный по защите прав бизнесменов в Санкт-Петербурге. Из тех, кто фактически приостановил свою работу: общепит, гостиничный и туристский бизнес

Беспроцентные кредиты на поддержку в Петербурге получили около 1500 компаний, другими словами наименее 1 % компаний, что очень не достаточно для нашего городка. Более проблемные отрасли, представители которых могут пользоваться мерами поддержки, составляют только 20–25 % от полного количества компаний в Санкт-Петербурге.

Да и те, кого не посчитали особо пострадавшими, несли убытки в той либо другой мере. К примеру, мебельное создание раскрылось несколько недель вспять, но воплотить продукт способности не было: ТРК и централизованные мебельные салоны были закрыты. Можно сказать, пострадали все, не считая обрабатывающих производств — они тоже понесли вред, но всё же наименьший, чем малый и средний бизнес. По словам омбудсмена, в крайнее время бизнес перебегает в иной формат существования: почти все маленькие компании разрывают арендные договоры с бизнес-центрами, и с переходом на онлайн-торговлю желают перерегистрировать компании по домашнему адресу, что не противоречит законодательству.

— На данный момент выручка у бизнеса весьма очень свалилась, а обязательства не прекращаются, и долги весьма тяжело реструктурировать, — заявил Антон Воздвиженский, генеральный директор ООО «Грифон» (заходит в Независимую консалтинговую группу ФУКАУ). — Потому всех, сначала, интересует вопросец: как действует закон о моратории на банкротство, как управляться с исковыми заявлениями. Наша компания занимается антикризисным консалтингом и конкретно делами, связанными со сферой несостоятельности и банкротствами. Мы помогаем разобраться и объясняем, как из этого верно выйти исходя из убеждений экономики и права.

Мораторий на банкротство распространяется на определенные группы: необходимо быть представителем пострадавших отраслей или больших системообразующих компаний. Но есть огромное количество компаний, не вошедших в списки, но испытывающих при всем этом препядствия с выручкой — от их количество воззваний в «Грифон» подросло не наименее, чем вдвое. До этого всего, это запрос на аналитику и выработку стратегии в ситуации, когда компании перестают исполнять обязательства перед кредиторами, проходят сроки их выполнения, и нужно как-то выходить из ситуации.

— Сущность моратория в том, чтоб кредитор не мог подать в трибунал заявление о банкротстве контрагента, — объяснил Воздвиженский, — но, к огорчению, этот закон не разрешает компаниям в трудной ситуации завлекать инвестиции либо брать кредиты — там написано, что испытывающая кризис компания «не может увеличивать обязательства». Возникает вопросец: как тогда завлекать средства, к примеру, от банков?

2-ой нерешенный вопросец — это определение форс-мажора. По словам профессионала, так как чрезвычайное положение так и не ввели, то этот вопросец никем не отрегулирован, и достигнуть признания сложной ситуации почти всем компаниям достаточно трудно.

— Отлично, когда стороны могут условиться меж собой и добиться соглашения. Неувязка возникает, когда возникает конфликт (наиболее острый способ разрешения противоречий в интересах, целях, взглядах, возникающий в процессе социального взаимодействия), и в таковой ситуации уже законодатель должен объяснить — что все-таки такое форс-мажор, и какие права и обязанности появляются у сторон, — отметил он.

По воззрению Воздвиженского, к третьему-четвертому кварталу кредиторы пойдут защищать свои права, и почти все — с исками о банкротстве. Так как мораторий на банкротство действует лишь до октября, наплыва воззваний можно ожидать как раз осенью-зимой.

Стройка не встала

Строительная ветвь пострадала в наименьшей степени — если ассоциировать с иными отраслями, к примеру, с туризмом. Стройки в Петербурге не останавливались ни на один денек, на рынке появлялись новейшие проекты, завершались старенькые. К примеру, в период самоизоляции компания «Л1» получили разрешение на ввод в эксплуатацию еще одного шага жилого комплекса «Граф Орлов» на Столичном проспекте и вывела в продажу жилой комплекс «Поэт» на Поэтическом бульваре.

Из мер поддержки компания, сначала, ощутила на для себя эффект льготной ипотеки.

— Этот большенный подарок от страны стал мощным драйвером покупательского спроса в период пандемии, — поведала Надежда Калашникова, директор по развитию «Л1». — Если ранее у нас процент ипотечных сделок не доходил до 40 %, то на данный момент уже превосходит 70 %, и в целом спрос близок к ажиотажному — сотрудники ипотечного отдела работают, не поднимая головы. Повышение наибольшей суммы льготной ипотеки по Петербургу до 12 млн рублей — еще одна инициатива, которую мы тоже всячески приветствуем.

По словам Калашниковой, опаски, что ожидание предстоящего снижения главный ставки как-то притормозит реализации, навряд ли оправдаются. Во-1-х, поэтому, что люди уже бывалые — они помнят, как в прошедший раз она заместо этого повысилась. А во-2-х, предложение в черте городка сокращается, и цены в не плохих локациях — в особенности на готовые квартиры — вырастают, и это может просто «скушать» разницу от снижения ставки.

— Все наши объекты мы пока строим по старенькым правилам и еще не приступали к проектному финансированию — другими словами всё, что наращивает расходы, мы ещё на для себя не попробовали, — добавила Калашникова. — И здесь не нужно к бабке ходить, чтоб осознать — это очень осложнит нашу ситуацию. Так что никакой эйфории у нас нет, но мы все таки возлагаем надежды, что когда перейдем на новейшие рельсы, то ставки будут человечными.

— В секторе масс-маркет реализации просели приблизительно на 50 %, — сказал заместитель генерального директора СК «ЛенРусСтрой» Максим Жабин. — Мы строим на местности Ленинградской области на границе с городом и констатируем факт: льготная ипотека помогает. Но есть аспекты. К примеру, у нас и без данной для нас программки толика продаж по ипотечным сделкам составляла 70–80 % в протяжении 3-х лет. В нашем случае клиент, обычно, приобретает первую квартиру или улучшает свои жилищные условия. Для инвестиций схожее жилище приобретают пореже. А ужесточение требований к заемщикам, увеличенный 1-ый взнос могут осложнить ситуацию. Средний чек по Ленинградской области сейчас в среднем составляет 4,5–5 млн рублей, другими словами человеку необходимо отыскать минимум миллион, чтоб вступить в программку 6,5 % с первым взносом в 20 %. Опосля того, как банк ВТБ понизил до 15 % 1-ый взнос, сделок сделалось больше, но не значительно.

«ЛенРусСтрой» уже 5 лет плотно работает с банками, и на данный момент все проекты, не считая 1-го дома, уже перебежали на эскроу-счета и проектное финансирование. Давнешний партнер компании — Сбербанк — по каким-то фронтам ужесточил условия, компенсировав их в иной части кредита. К примеру, сделал наиболее серьезными требования к оценке имущественных прав на недостроенные квартиры в ЖК, но зато снизил средневзвешенную ставку до 2 %, что, по словам Жабина, сделалось наилучшей ставкой за 5 лет работы.

Из мер поддержки в компании пользовалась 629-м постановлением, которое позволило по текущим и новеньким кредитным линиям брать кредиты по межбанковской ставке 4,5 % заместо 5,5 %.

Максим Жабин напомнил, что у всех компаний планы различные. Когда нужно реализовать 1000 квартир, а реализации падают до 600–700, это быть может не таковая приметная утрата, как для маленького застройщика с планом в 100 квартир, у которого реализации свалились до 10.

— Сейчас в стране два сценария ведения девелоперского проекта, — добавил эксперт. — 1-ый — огромные компании получают огромную выручку, но низкую операционную прибыль. 2-ой — когда компания не борется за огромную выручку, а создаёт высшую операционную прибыль. Борьба в этом случае идет за свойство, а не за количество средств. Конкретно ко 2-ой модели стремятся нишевые застройщики.

— Гласить, что кризиса в строительной отрасли нет — не совершенно верно, — считает Алексей Белоусов, председатель Экспертного совета по вопросцам совершенствования законодательства Государственного объединения строителей, генеральный директор СРО А «Объединение строителей СПб». — Вправду, большие компании и фавориты рынка фактически не утратили в размерах строительства и выполнили планы мая, которые закладывались сначала года — еще без учета пандемии, низких цен на нефть и понижения покупательской возможности. Что касается малого бизнеса, то маленькие компании серьезно снизили объемы.

В дальнейшем, по словам Алексея Белоусова, нас ожидает монополизация рынка и различные слияния с целью получения большего количества ресурсов и расширения способностей, также реализация больших проектов и понижение маржинальности — проверка на крепкость строительного бизнеса. Хоть кризис чувствуется уже сейчас, его последствия будут видны позднее.

Сначала этого нестабильного периода специалисты СРО подготовили предложения о субсидировании ипотеки под 2 % на всей местности Рф — как на Далеком Востоке, — и направили их в Минстрой Рф. Что касается льготных кредитов для застройщиков, то под понижение ставки попали лишь те проекты, которые должны вводиться в 2020–2021 годах. По словам Белоусова, если учесть факт понижения главный ставки, то для рынка было бы животрепещуще продлить до 2022–2023 годов период ввода объектов, попадающих под льготное кредитование.

Также практически на деньках подписано постановление правительства РФ (Российская Федерация — государство в Восточной Европе и Северной Азии, наша Родина), разработанное с ролью профессионалов Объединения строителей СПб: оно дозволяет употреблять часть средств фондов СРО для выдачи микрозаймов членам данной для нас организации. По меркам страны сумма маленькая, порядка 30 миллиардов рублей, но все таки и это может поддержать ветвь.

Цифровизуют все

По словам Максима Жабина, в кризис корректировки в процессы вносятся еще резвее, и цифровизация всех действий получила мощный толчок. Но есть вещи, которые, к огорчению, недозволено перевести в онлайн.

— Это то, что работает в оффлайне — всю стройку, к примеру, — гласит он. — Единственное, что мы наконец оцифровали у себя, — это строительный контроль. На данный момент внедряем программные продукты для перевода в цифровое поле отношений меж ИТР, службой заказчика и генеральным подрядчиком. А наличие электрических подписей приметно улучшило электрический документооборот и ускорило согласования с подрядчиками и поставщиками.

Скорая цифровизация стройки — одна из задач, которая интенсивно дискуссируется на муниципальном и экспертном уровнях. На данный момент уже подготовлено два суровых программных продукта.

— На стадии обкатки выбраны две площадки — в Челябинске и Петербурге — для оцифровки всех строй действий, начиная от прораба и стройплощадки до покупки квартиры, — объяснил Алексей Белоусов. — Это долгая работа, проект личных компаний, и необходимо содействие властей, чтоб ввести эти разработки в муниципальные информационные системы Рф. Уже понятно, что до 2024 года, в том числе и стройка, обязана быть полностью переведена на цифровые рельсы. И наша задачка как профсообщества — посодействовать создать новейший продукт частью гос системы.

— Я понимаю достаточное количество региональных компаний, которые уже на сто процентов оцифровали строй процессы, — добавил Максим Жабин. — К примеру, в Екатеринбурге Госстройнадзор воспринимает документы лишь в BIM уже лет 5. Внедрение BIM-технологий уже идет семимильными шагами, но сложность состоит в том, что у нас нет сейчас обученных, глубоко погруженных в тему BIM-менеджеров, потому что для нашего рынка это пока довольно новейший продукт.

Мучения общепита

Почти все решения, принимающиеся в городке в сегодняшних сложных критериях, логическому разъяснению не поддаются. К примеру, вызывают вопросцы шаги по снятию ограничений. Александр Абросимов обратился к губернатору с просьбой разъяснить, почему, к примеру, в торговых центрах совершенно точно недозволено работать. А что касается открытия летних веранд, то если в одном здании находятся два заведения, то возможность открыть летнюю веранду получит кафе, обратившееся за разрешением первым.

— Почему-либо у нас органы власти занимаются не столько помощью бизнесу, сколько администрированием, — заявил Абросимов. — Так, к большенному огорчению, во 2-м чтении принят законопроект о закрытии точек общепита, реализующих спиртную продукцию на площади наименее 50 метров. И это в непростой период, когда бизнес вправду не может пользоваться всеми мерами поддержки, а покупательская способность понижается.

По словам Абросимова, с сиим законом совершенно много неявного. Во-1-х, буквально не понятно, сколько конкретно в городке компаний общепита с лицензией на торговлю алкоголем и площадью наименее 50 кв. м. Во-2-х, когда законопроект лишь дискуссировался с профессионалами и депутатами, речь шла только о 20 кв. м. То, что вдруг в однобоком порядке предложили и утвердили во 2-м чтении норму до 50 метров, можно расценить как ограничительное действие на бизнес. Почти все точки и так в сложный ситуации, и их просто подталкивают к тому, чтоб закрыться. Ну и третье — интересно, что этот законопроект занесли не профильные организации, а совершенно некоторый клуб единоборств.

Тему поддержал Максим Жабин, который не считая девелоперского бизнеса обладает к тому же несколькими ресторанами.

— Тут верно увидели, что у нас решения, касающиеся бизнеса, принимают непрофильные организации, — произнес он. — Даже конфигурации в 214-ФЗ инициировал комитет по природопользованию Госдумы. Что касается ресторанной деятельности, то не так давно я желал испытать открыть летнюю террасу и консультировался с юристами. Коллеги по оценке рисков произнесли, что срок рассмотрения заявки может затянуться до 2-ух месяцев, другими словами и лето кончится к тому времени.

Александр Абросимов уточнил, что с 25 июня работает облегченная схема получения этого разрешения — оно подается в комитет имущественных отношений в электрическом виде со схемой. Необходимо соблюсти характеристики в полтора метра от края тротуара, употреблять лишь выносные столики и стулья с 8 утра до 00 часов и так дальше. В качестве доказательства приходит QR-код — так что за недельку получить разрешение сейчас полностью реально.

Отметим, что на 7 июля разрешение на работу летних террас получили 230 заведений из 400, заявления которых были рассмотрены, — другими словами чуток наиболее половины.

Продолжить недозволено закончить

Бизнесу нужна долгоиграющая поддержка, ведь последствия кризиса придется расхлебывать как минимум до конца последующего года, считает Максим Жабин:

— К мерам поддержки я бы ещё добавил понижение бюрократических требований — допустим, по согласованию градостроительной документации. В нашей компании сейчас два проекта на стадии согласования эскизов планировки, и это долгие месяцы, один эскиз разглядывают уже 18 месяцев. Если б сейчас приняли решение согласовывать такового рода документы в реально сокращенные сроки, тогда количество проектов, выведенных в стадию получения разрешения на стройку, возросло бы в пару раз. Принципиальна и забота о конечном пользователе — поддержка ипотеки. Такового рода деяния как раз посодействуют отрасли в долгой перспективе, потому что все решения, принятые на данный момент, откликнутся в наилучшем случае через полгода-год.

По словам Жабина, все объемы продаж, о которых сейчас утверждают девелоперы, достигнуты за счет инерции. Стройку — весьма инерционный бизнес, и все что мы лицезреем на данный момент, было наработано в конце 2019 — начале 2020 года. Например, средний срок сделки — один год от момента «я желаю приобрести» до момента «я купил». Так что наиболее принципиальные характеристики можно будет оценить в конце 2020 года — начале 2021 года

— Застройщики — это, сначала, коммерческие структуры, направленные на прибыль, а регулировать их работу должны городские власти, — добавила Надежда Калашникова. — Понижение бюрократических препонов было бы весьма большенный поддержкой для строительного бизнеса, ведь процесс согласования — это просто адское дело. К примеру, чтоб получить разрешение на создание причала на берегу Невы у выхода в залив для нашего ЖК «Премьер-Палас», необходимо было согласование 3-х комитетов. Почти все, кто строит у воды, поэтому и работают безо всяких согласований, поэтому что легче застрелиться, чем получить их. Мы можем сколько угодно цифровизовать свою ветвь, но если правительство не будет за нами поспевать, это будет похоже на плавание брассом в унитазе. Также хотелось бы пересмотреть налоговую политику, ГОСТы, СНиПы, нормы по озеленению и почти все другое.

Александр Абросимов тоже обозначил меры, которые следовало бы принять для доборной поддержки бизнеса.

— Нужно расширение ОКВЭДов, по которым причисляют к пострадавшим отраслям, — заявил он. — Также вызывает опаски сокращение адресных инвестпрограмм, что негативно сказывается на бизнесе. Можно было бы принять решение на федеральном уровне профинансировать региональные бюджеты, чтоб АИПы, связанные с благоустройством и строительством, не останавливались.

Что касается административных барьеров в строительстве, их дискуссируют с властями и делом уже лет 6.

— Еще при Марате Оганесяне гласили о решении принимать документы на согласование один раз, указывать недостатки один раз, чтоб бизнес их оперативно избавлял, — сказал Абросимов. — Но до нынешнего денька этот вопросец пока не решен — вопросцы по согласованиям, получению разрешений, подготовке документации остаются более сложными. Потому в наиблежайшее время я планирую рабочую встречу в городской администрации на тему преодоления административных барьеров в области строительства.

Экспертный совет по вопросцам совершенствования законодательства НОСТРОЙ каждый месяц готовит заключения по законопроектам, касающимся отрасли. В крайнее время количество инициатив, связанных со стройкой, подросло приблизительно в два раза. Любой месяц тут разглядывают и говорят 7–8 заключений.

— Подготовлен целый комплекс мер по сокращению административных процедур, много предложений чисто технического нрава в рамках регуляторной гильотины. Сейчас основное, чтоб не мешали работать, — добавил Алексей Белоусов.

— Если оценить утраты от закрытия бизнесов, несвоевременного либо весьма замедленного их открытия, то мы увидим что у почти всех просто нет больше способности зарабатывать средства. Так что главной обязана стать поддержка людей, — считает Надежда Калашникова. — Дайте людям возможность зарабатывать, открывайте бизнесы.

Анна Романова,
«Фонтанка.ру»

Фото: Миша Огнев